Круглый стол по правам пациентов в Санкт-Петербурге

25 марта 2021 г. в офисе Уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге А.А. Шишлова состоялся круглый стол на тему «Соблюдение прав человека в психиатрических лечебных и экспертных учреждениях Санкт-Петербурга: взаимодействие общественных наблюдательных комиссий и уполномоченных по правам человека с органами здравоохранения».  Несмотря на еще незакончившуюся пандемию, круглый стол оказался очень представительным: представители органов управления здравоохранением и руководители психиатрических учреждений, сотрудники органов прокуратуры, Росздравнадзора и Роспотребнадзора, члены общественных наблюдательных комиссий, представители адвокатского сообщества и независимые эксперты – всего   28 «живых» участников и 8 участвовали дистанционно.

Уполномоченный по правам человека в Санкт-Петербурге очень серьезно относится к соблюдению прав людей с психическими расстройствами, понимая, что это одна из самых уязвимых категорий граждан, и ей особенно нужна защита – не от психиатров – отношение к ним самое уважительное, но от необоснованного помещения в психиатрические стационары, которое фактически является лишением свободы. Когда аппарат получает жалобы о нарушениях прав людей с психическими расстройствами, его аналитический отдел внимательно разбирается, пытаясь понять некоторые плохо прописанные в законе нормы: с какого момента начинается недобровольная госпитализация? На каком основании психиатры порой не допускают адвокатов к их доверителям? И т.п.

Модератор круглого стола и член общественной наблюдательной комиссии Санкт-Петербурга Е.В.Шахова выступила с докладом «Первые посещения психиатрических стационаров: наблюдения и предварительные выводы».  По результатам посещений психиатрических больниц № 2, 3, 6 и ПБСТИН она отметила следующие нарушения: 

  • В течение многих месяцев были ограничены права пациентов на общение с родственниками, причем психиатрические власти приравняли членов ОНК к обычным посетителям и не допускали их в психиатрические стационары. Благодаря вмешательству уполномоченного по правам человека удалось получить разъяснения Роспотребнадзора о том, что запрет на посещения не касается тех лиц, которые посещают психиатрические больницы в соответствии с полномочиями, определенными федеральными законами. Лишь после этого членов ОНК стали допускать в психиатрические стационары.
  • В связи с коронавирусом в ряде стационаров были отменены прогулки, причем эти ограничения касаются, прежде всего, отделений общего типа. Однако, эта вынужденная пауза не была использована для приведения прогулочных двориков в приличный вид. В некоторых стационарах дворики плохо оборудованы, старые. В одном случае дворики находятся на крыше здания, где даже неба не видно.
  • Общей проблемой для всех стационаров является несоответствие норме жилой площади 6 кв. метров на пациента. В некоторых отделениях есть всего 3 м² жилой площади на пациента. Таким образом, все жизненное пространство пациента – это его кровать. И в таких условиях люди могут находиться годами!

Часто психиатрические отделения больниц находятся в старых зданиях, представляющих архитектурную ценность, поэтому привести их в соответствии со стандартами сложно. Стационары идут по более легкому пути, снижая коечную мощность отделений. В палате, где есть койки для 8 пациентов, могут содержаться только трое, однако из-за того, что пустые кровати не убраны, полезной площади не прибавляется. В ПБСТИН некоторые отделения находятся в старом корпусе — памятнике архитектуры, где одиночные палаты-камеры 5-7 м², в которых находятся 1-3 кровати, раковина и унитаз, ничем не отделенные друг от друга. С другой стороны, встречаются и большие палаты:

  • общее женское отделение,  в палате может быть размещено до 19 человек, кровати впритык друг к другу, тумбочек нет;
  • отделение принудительного лечения: две палаты по 16 человек напротив друг друга, по сути 32 человека постоянно видят друг друга;
  • наблюдательная палата 15-20 человек, внутри комнаты установлена раковина только с холодной водой и чаша Генуя, отделенная от окружающих лишь низкой перегородкой. Запах распространяется по всей палате.

Другой проблемой является доступ к информации. Особо сложная ситуация с реализацией этого права в учреждениях, где пациенты находятся в палатах/камерах и не могут свободно перемещаться по отделению. Доступа к информационным стендам у них практически нет. Конечно, они могут мельком взглянуть на них, когда идут на прием к врачу, однако никто не будет стоять и ждать, пока пациент изучит Закон о психиатрической помощи. В таких отделениях целесообразно разместить всю необходимую информацию прямо в палате. Кроме того, не на всех информационных стендах размещена актуальная и доступная информация об ОНК, Уполномоченном по правам человека и проверяющих организациях. Пациенты практически не обращаются в ОНК, Прокуратуру, к Уполномоченному, где-то им не выдают конверты, где-то ручку и бумагу, а чаще всего они просто не знают, что могут написать.

В правилах внутреннего распорядка можно встретить такую фразу: пациент в такой форме и на таком языке, которые ему понятны, и с учетом его состояния должен быть ознакомлен с Правилами при поступлении в учреждение либо в приемном отделении, либо в лечебном или лечебно-диагностическом отделении. Из общения с пациентами многих стационаров становится понятно, что медицинский персонал подходит к вопросу информирования и разъяснения правил пациентам формально, отбирая расписку о разъяснении правил и всей другой обязательной информации. Эту  расписку пациент подписывает, не глядя. На самом деле ничего не разъясняется ни при поступлении, ни в дальнейшем.

И еще одна важная проблема, это обеспечение приватности. Пациенты иногда имеют собственное белье и спальную одежду, но мужчины практически все находятся в больничных пижамах, и халаты обычно тоже больничные. Причем нахождение в больничной или собственной одежде связано не с тем, может пациент за собой следить или нет, а с его статусом: только поступил, переведен в наблюдательную палату, готовится к выписке. Необходимо как можно чаще содействовать нахождению пациента в собственной одежде и использовать больничную только в случае отсутствия собственной или невозможности следить за чистотой в связи с состоянием.

Во многих больницах из-за недостатка места у пациентов нет собственных тумбочек. В тех случаях, когда тумбочка есть, пациенты делят ее с двумя, тремя, а то и с четырьмя другими пациентами. Ни в одном стационаре нет запираемых тумбочек, хотя это предусмотрено международным стандартом, и Европейский комитет против пыток отмечал это в своем последнем докладе, выпущенном по итогам посещения российских психиатрических стационаров осенью 2018 года. В результате, во многих отделениях пациент не может пользоваться своим плеером/радиоприемником и наушниками, сотрудники больниц запрещают, потому что "вещи могут сломать другие больные". При наличии возможности безопасно хранить личные вещи, эта проблема исчезнет, и жизнь пациентов улучшится.

Проблема с обеспечением пациентов предметами гигиены особенно ярко проявляется, когда пациент из другого региона или у него нет никого, кто мог бы передать ему необходимые вещи, а денег тоже нет. Это касается, прежде всего, пациентов, находящихся на принудительном лечении и экспертизе. Они поступают, часто не имея предметов личной гигиены: зубной щетки, пасты, шампуня, женских гигиенических прокладок. В каждой больнице по-своему придумывают, как обеспечить всем этим. В качестве женских гигиенических средств для пациенток предусмотрена ветошь, что не соответствует современным представлениям о женских гигиенических средствах. Необходимо закладывать в бюджет расход на средства личной гигиены, если у пациента нет возможности приобрести их за свой счет.

В большинстве туалетах и душевых не обеспечена приватность. Перегородки между унитазами зачастую отсутствуют, захлопывающихся дверец нет, а душевых кабин мало. В дверях туалетов и душевых окна, и любой может наблюдать за тем, что происходит в туалете.

Наряду с этим, Е.В.Шахова отметила, что во всех больницах помещения для пациентов, как правило, были чистыми, теплыми, хорошо освещенными и вентилируемыми. Посторонние запахи отсутствовали, туалеты и ванные тоже были чистые. На клопов, тараканов никто не жаловался и следов их присутствия не было. Многие отделения были отремонтированы или сотрудники сообщали, что ремонт будет очень скоро.

Таким образом, ситуация с физическими условиями в психиатрических стационарах в целом неплохая, однако с реализацией прав необходимо совместно работать.

Выступавший вслед за Е.В.Шаховой главный внештатный психиатр и главный врач ПБ № 3 им. И.И.Скворцова-Степанова А.Г.Софронов сказал, что он в основном согласен с наличием тех проблем, которые выявила и озвучила ОНК Санкт-Петербурга, и объяснил это «отсутствием динамического развития отрасли в течение десятилетий». Он рассказал о рабочей группе при Общественной палате РФ, которая занимается подготовкой изменений и дополнений в Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» с целью совершенствования правового регулирования психиатрической помощи. В частности, предлагается расширить понятие «психиатрическая помощь», заменив его «медицинской помощью людям с психическими расстройствами и расстройствами поведения» и сделать приоритетным направлением развития психиатрии охрану психического здоровья.  

Начальник аналитического отдела аппарата Уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге К.Е.Шарыгин напомнил о том, что в России до сих пор не создана независимая от органов здравоохранения служба защиты прав пациентов, упоминаемая в 38-ой статье закона, и рассказал о жалобах на нарушения прав при оказании психиатрической помощи, которые поступают от граждан. Вице-президент Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Т.В.Тимофеева и член Совета Адвокатской палаты С.В.Елисеева пожаловались на проблемы с допуском адвокатов к их доверителям в делах о недобровольной госпитализации. Представители психиатрической службы пытались объяснить свою позицию тем, что пациенты могут представлять опасность для себя  и окружающих, однако в законе никакие ограничения на встречу пациента с адвокатом не содержатся: больница не только должна обеспечить такую встречу, но еще и выделить помещение для конфиденциальной беседы.

В своем заключительном слове исполнительный директор НПА России Л.Н.Виноградова обратила внимание присутствующих, что лечение не может сводиться к фармакотерапии. Психотерапия и терапия средой являются не менее важными составляющими, и с этой точки зрения, уважение человеческого достоинства – мощный лечебный фактор, который необходимо учитывать. Члены ОНК и представители психиатрической службы пока имеют разные приоритеты, но у них общие цели и задачи. То, что эти проблемы были озвучены, — гарантия продвижения вперед, и площадка уполномоченного по правам человека – лучшее место для подобного рода обсуждений. Мы надеемся¸ что они будут продолжены.

Фото: https://www.youtube.com/watch?v=bvkztQSPp7s

Л. Н. Виноградова

HitMeter.ru - счетчик посетителей сайта, бесплатная статистика Яндекс.Метрика