Когда не помогают стены

(о нарушении процессуальных прав психически больной)

Светлана Петровна обратилась в общественную приемную НПА по рекомендации юристов Московской Хельсинкской группы, которые консультировали ее в связи с ее несогласием с судебным решением по делу о признании сделки купли-продажи ее квартиры недействительной.

Светлане Петровне шестьдесят восемь лет. Одета бедно, на свой внешний вид особого внимания не обращает, но опрятна. На первичном приеме путано и долго излагала свою ситуацию, волновалась.

Светлана Петровна оказалась великой должницей – по определению суда она должна двадцать тысяч рублей крупной риэлтерской фирме, услугами которой она воспользовалась при очередной смене места жительства.

Квартиры Светлана Петровна меняла несколько раз, с каждым разом ухудшая их качество. Что она получала взамен? Иллюзию, что обрела наконец-то тот самый дом, в котором, по известной пословице, и стены помогают. Видимость душевного спокойствия на короткое время, поскольку смены квартир были побегами. Светлана Петровна убегала от ужасных обстоятельств, каждый раз надеясь, что избавится от того, что ее так пугало. Но избавиться от собственных болезненных кошмаров, не имеющих ничего общего с реальностью, естественно, не удалось. Удалось только приобрести кошмар реальный – долг перед крупной риэлтерской структурой на сумму для Светланы Петровны астрономическую – двадцать тысяч рублей.

Как и почему все произошло?

Рассказывает довольно связно — с детства отставала по развитию от сверстников в физическом и психическом развитии, учеба давалась с трудом. В классе была самой маленькой по росту, «плохо и медленно соображала, была плохая память». Окончила восемь классов и медучилище. Работала медсестрой в детской поликлинике, но по существу выполняла обязанности санитарки. После этого три года работала курьером, гардеробщицей, санитаркой. Последние пять лет не работает, получает пенсию.

В четырнадцать лет выявлен первичный гипотиреоз, после чего наблюдается у эндокринолога. В двадцать пять лет после долгих и настойчивых попыток убедить врачей, что она больна венерическим заболеванием, которого у нее не было, была госпитализирована по поводу психического заболевания, лечение продолжалось два месяца. По окончании стационарного лечения в ПНД не обратилась и поддерживающего лечения не получала. В двадцать восемь лет получила однокомнатную квартиру, в которой прожила пятнадцать лет. Все эти пятнадцать лет Светлане Петровне казалось, что за ней следят, прослушивают, просвечивают, пускают таинственный газ. Она жаловалась во все возможные инстанции и на пятнадцатом году этих жалоб, в 1983-м году, была снова стационирована в психиатрическую больницу. После выписки в ПНД так и не обратилась, но больше с тех пор стационарного лечения не проводилось. Хотя проблемы остались те же — за нею продолжали следить, прослушивали телефон, ограничивали ее контакты, кроме того, появилось стойкое убеждение, что соседи, просверлив в стене дырки, стали пускать в ее квартиру дым.

Результатом ее болезненного состояния стали несколько смен квартир в попытках избавиться от «преследователей». Последняя риэлтерская операция окончилась для Светланы Петровны плачевно. Она обратилась в крупную риэлтерскую фирму. Когда риэлтер приехал к ней домой, объяснила, что хотела бы получить точно такую же квартиру, но в другом месте, «мешают шум от дороги и соседи». В результате в 2007 г. она приобрела квартиру на ул. Дежнева. Светлана Петровна говорит, что квартиру получила в очень плохом состоянии. Сделка оформлялась очень быстро, под нажимом риэлтера, и она не могла понять смысла подписываемых документов. Денег, в получении которых она расписалась, Светлана Петровна, по ее словам, не получала, перевозили ее на новую квартиру поздно вечером, и в машине она дополнительно подписывала какие-то документы, смысл которых был ей неясен. Светлана Петровна обратилась в суд с заявлением о признании сделки купли-продажи недействительной, так как она не понимала своих действий на тот момент. От предложенной ей судебно-психиатрической экспертизы она в суде отказалась, «потому что за экспертизу нужно было платить 20 тысяч, а денег у меня не было». Ответчик провел экспертизу за свой счет, но экспертиза была проведена заочно по медицинским документам из поликлиники. В результате было сделано заключение, что на момент заключения сделки Доценко Светлана Петровна понимала свои действия. Суд отказал Доценко С.П. в удовлетворении ее требований и постановил, что она должна выплатить ответчику 20 тысяч рублей, которые он потратил на экспертизу. Доценко С.П. обратилась за помощью к юристам общественной приемной Московской Хельсинкской группы и по их просьбе направлена на комиссию специалистов НПА. Из заключения комиссии НПА: «В сознании, полностью ориентирована. Во время комиссии несколько напряжена, недоверчива, в основном обращается к врачу, с которым беседовала ранее. Утверждает, что у нее дебильность, и она очень медленно соображает, это и позволило ее обмануть при совершении сделки с имуществом. Неохотно отвечает на вопросы об отношениях с соседями и милицией. Говорит, что она уже много лет подвергается преследованию со стороны правоохранительных органов, после того как ее заподозрили в неблаговидных поступках, которых она не совершала. В преследовании и слежении милиция использует соседей, которые прослушивают ее телефонные разговоры, она слышит, как соседи, стоя у лифта, прогоняют людей, которые пришли к ней, распространяют о ней ложные, порочащие сведения. В стене общей с соседями просверлены дыры, которых не видно из-под обоев, но она чувствует, что через эти дыры в ее квартиру пускают «дым от жженных газет» или «тараканью отраву». Это было на старой квартире, это есть и сейчас. Критики к болезненным переживаниям нет. При попытке коррекции в отношении галлюцинаторно-бредовых переживаний раздражается, утверждает, что она здорова. Для того, чтобы доказать свою правоту, настаивает на посещении и проверке ее квартиры членами комиссии НПА. Просит дать ей справку в правоохранительные органы, что она психически здорова и не опасна, думает, что после этого с нее снимут наблюдение. Утверждает, что риэлтору удалось ее обмануть, так как она с детства отстает в умственном развитии. Словарный запас ограничен, интеллект невысокий, отмечается снижение памяти, круг интересов сужен. Суицидальных мыслей не обнаруживает. Опасности для окружающих не представляет, борьбу с «преследователями» ведет в основном, обращаясь в различные инстанции.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Доценко С.П. в течение многих лет страдает хроническим психическим заболеванием с галллюцинаторно-бредовой симптоматикой с дефектом эмоционально-волевой сферы и интеллектуальным снижением. Болезненные переживания послужили причиной деятельности Доценко С.П. по совершению сделок с квартирой. По своему психическому состоянию она не могла правильно понимать значение осуществленной ею сделки по купле-продаже квартиры в 2007 г.

Назначение заочной судебно-психиатрической экспертизы по данному делу осуществлено с нарушением процессуальных прав Доценко С.П. Заключение заочной экспертизы в отношении живого истца не может считаться полным и всесторонним, его допустимость как доказательства по делу вызывает сомнение».

НПА будет следить за дальнейшим ходом судебного разбирательства и помогать С.П.Доценко в решении этого сложного вопроса. Об исходе дела буде сообщено дополнительно.

Елена Фетисова

Имя и фамилия героини очерка изменены.

наверх >>>