Как добровольцы становятся «невозвращенцами»

Осенний призыв в разгаре, и как всегда мы слышим от генералов привычные сетования: мол, не хотят молодые люди служить в армии, скрываются, дезертируют и т.п. Конечно, легче всего сослаться на инфантилизм призывников, нежелание подвергать себя тяготам и лишениям воинской службы. Но как быть с теми, кто пошёл в армию по собственному желанию, но уже через несколько месяцев вынужден бежать из вооружённых сил? Почему даже добровольцы оказываются в чёрных списках дезертиров? Расскажем о двух таких случаях: солдаты В. Воронов и С. Тихонов обратились за помощью в НПА и были освидетельствованы комиссией специалистов НПА по просьбе Союза комитетов солдатских матерей России.

Вячеслав Воронов, 1985 г.р., родился недоношенным (вес около полутора килограммов), сразу после рождения переведён в детскую больницу, где врачи продолжали бороться за его жизнь. Отец страдал алкоголизмом, избивал жену и ребенка. Мальчик рос очень нервным, до пятого класса страдал энурезом и заиканием. В школе учился, в основном, на «тройки», прогуливал уроки, конфликтовал с учителями. После 8 классов из-за плохого поведения был отчислен и заканчивал учёбу в вечерней школе. До 19 лет Воронов, как учащийся, имел отсрочку от армии, но по окончании школы сам пошел в военкомат и попросился в армию. Медкомиссию проигнорировал, а на призывном пункте особо и не стремились получить объективные данные о здоровье призывника.

В декабре 2004г. сбылась мечта Вячеслава: его призвали в ракетные войска. После полугода «учебки» Воронов попал в одну из воинских частей в городе Р. Здесь он впервые столкнулся с неуставными взаимоотношениями: молодого солдата часто били, унижали, не давали спать. Несколько раз избитый Воронов терял сознание. Он озлобился, появилось чувство безысходности. Мечта о службе и нормальной жизни превратилась в кошмар.

В январе 2006 г. после очередного избиения Вячеслав покинул часть, приехал в Москву и обратился в Союз комитетов солдатских матерей России. После запроса в прокуратуру Воронова вернули в Р. и поместили в госпиталь. Когда при рентгенографии выявили перелом ребра, от солдата потребовали подписать бумагу, что перелом произошёл не из-за побоев, а после «неудачного падения». Солдат отказался. Тогда Вячеслава выписали из госпиталя и стали готовить к отправке в его воинскую часть. Прекрасно понимая, что его там ожидает, Воронов вновь бежал из армии.

На обследовании Вячеслав признал, что после всего перенесенного он стал нервным, раздражительным, быстро устаёт, ощущает постоянное внутреннее напряжение и тревогу из-за неопределенности своего положения.

Комиссия НПА выявила у Воронова расстройство личности по органическому типу (ранее заболевание головного мозга и повторные черепно-мозговые травмы во время службы в армии) с аффективной неустойчивостью, тревожностью и навязчивостями. Согласно заключению специалистов, В.Воронов нуждается в обследовании в психиатрическом стационаре и направлении на ВВК для решения вопроса о годности к военной службе.

 

Еще одна история. Сергей Тихонов, 1987 г. р., рос спокойным, послушным, но отстающим в развитии ребёнком. В школу пошел с семи лет, в младших классах занимался с логопедом, по основным предметам учился на тройки, плохо читал. По его признанию, он и сейчас читает медленно. В 10 лет перенёс сильный эпилептический припадок, был госпитализирован, затем наблюдался у невропатолога и пять лет получал поддерживающую противосудорожную терапию. Лечение, к счастью, помогло, припадки больше не повторялись. В 15 лет наблюдение у невропатолога прекратилось, хотя, по словам Сергея, он до сих пор кратковременно теряет сознание.

После школы Тихонов устроился работать курьером. В это время он пристрастился к игре на «одноруком бандите», много времени проводил в игровых залах, иногда проигрывал крупные суммы. Случалось, даже крал деньги у матери или продавал вещи, чтобы достать денег на игру. Многочисленные конфликты с родителями все же дали результат: стал играть реже.

Поначалу Сергея в армию не призывали (по его словам, «не пропускали психиатр и невропатолог»), но он очень хотел служить и всё-таки добился своего: в мае 2009 г. его направили в одну из воинских частей на Дальнем Востоке. Тотчас сказалась перемена климата — Тихонов перенёс пневмонию и ангину. Выйдя из госпиталя, солдат сразу же попал «под каблук» старослужащих: безропотно отдавал им деньги, покупал сигареты и телефонные карточки. Робкие попытки протеста жестоко подавлялись. Покорность Сергея была только внешней, за ней скрывались ненависть и злоба к обидчикам. Тихонов был исполнительным и дисциплинированным солдатом, но после конфликтов со старослужащими у него участились приступы с кратковременным отключением сознания. Дважды это произошло прямо в строю, когда он не мог выполнить команд офицеров.

В сентябре старослужащие потребовали от Тихонова крупную сумму на «дембель». Денег у солдата не было. Зная, что отказ повлечёт за собой жестокие побои, Сергей покинул часть и уехал домой. По словам матери Тихонова, он плохо спит, разговаривает во сне, испытывает постоянное чувство тревоги.

Специалисты НПА выявили у С.Тихонова зависимое расстройство личности на фоне органического заболевания головного мозга с эпилептиформным синдромом и ситуационно обусловленный тревожно-депрессивный синдром. Он нуждается в стационарном неврологическом и психиатрическом обследовании и лечении. Лишь после этого будет дан ответ на вопрос, годен ли Тихонов к военной службе.

Сколько раз с самых высоких трибун нам клятвенно обещают, что в армии наведут порядок и искоренят неуставные взаимоотношения. Но на деле всё остаётся по-прежнему: после каждого призыва молодые солдаты покидают свои воинские части. И специалистам НПА вновь и вновь приходится отстаивать интересы тех, кто искренне хотел исполнить свой долг, но кому так и не дали этого сделать.

Дмитрий Казеннов

наверх >>>