История «маленького человека»

Уроженец Ульяновской области Владимир Зарубин с юных лет не отличался послушанием: беспокойный подросток часто проказничал, конфликтовал с матерью (отец ушёл из семьи). Серьёзных проблем до поры до времени не возникало, но в 1968 г. молодой человек был призван в армию и попал в переплёт: подрался с сослуживцем, ранил его ножом. Пытаясь избежать наказания, по совету знакомого выпил пачку астматола, но получилось только хуже – на гауптвахте солдат всё-таки оказался, к тому же, в крайне возбужденном состоянии: буянил, бился головой о стену… В результате, был отправлен на лечение в психиатрическую больницу. Выйдя оттуда, вернулся в часть, продолжил службу и демобилизовался на общих основаниях.

После армии Зарубин устроился на работу, женился, вскоре у молодых родился сын. Казалось, живи да радуйся. Но Владимир вновь сорвался – получил срок за хулиганство, с 1973 по 1977 гг. находился в заключении. Жена с ним развелась, ее второй муж усыновил ребенка, и с тех пор Зарубин с сыном не общался. В 1986 г. Владимира опять судили за хулиганство, но на этот раз его признали невменяемым, отправив на принудительное лечение в областную больницу общего типа. Выписавшись, Зарубин уехал на работу в Киргизию. В 1999 г. вернулся домой в Ульяновскую область, поселившись в квартире матери. Вскоре мать Владимира была найдена на улице сильно избитой, от побоев она умерла. Зарубина обвинили в этой смерти (хотя он категорически отрицал свою причастность), провели судебно-психиатрическую экспертизу и вторично признали невменяемым, направив на принудительное лечение в специализированную психиатрическую больницу с интенсивным наблюдением.

Несколько лет Зарубин провел в лечебницах. В феврале 2009 г. Владимиру объявили, что он признан недееспособным. Причём, Зарубин не только не был на заседании суда, решившего его судьбу, он даже не видел судебного решения по своему делу. Его просто поставили перед фактом – недееспособен и точка.

Но вскоре точка превратилась в многоточие: в декабре 2009 г. Зарубин сбежал из больницы и приехал за правдой в Москву. Пытаясь добиться справедливости, он неоднократно обращался в государственные структуры (Верховный Суд, прокуратуру, приемную Президента России) и правозащитные организации. У Владимира не было ни денег, ни документов, ни жилья в столице. Было лишь желание отменить вердикт о собственной недееспособности.

Несколько месяцев проживания в чужом городе лучше любой экспертизы доказали, что Зарубин вполне дееспособен: он быстро адаптировался в новых условиях. Добравшись до Москвы, Владимир «прописался» в подъезде одного из домов. Жильцы поначалу были не в восторге от такого соседства, но вскоре прониклись сочувствием к необычному бомжу: в отличие от других своих «коллег», Зарубин сохранил опрятную внешность и следил за чистотой в подъезде. Он смог даже зарабатывать на пропитание, выполняя мелкие поручения жильцов, подрабатывая в православном храме, помогая продавцам на рынке. При этом не перестаёт писать жалобы в различные инстанции, одна из них «добралась» до прокуратуры Ульяновской области, в которой находится лечебное заведение Зарубина. И хотя жалуется Зарубин на незаконное признание его недееспособным (не был на суде, не получил решение, ничего не знает о проведении судебно-психиатрической экспертизы), местные блюстители закона вместо рассмотрения жалобы по существу прислали запрос в московскую милицию с просьбой отправить беспокойного правдоискателя обратно в больницу.

В феврале этого года добрые люди посоветовали Владимиру обратиться за помощью в НПА, чтобы оспорить вердикт о недееспособности. На обследовании он рассказал свою историю, заявил, что считает себя дееспособным и твёрдо намерен добиваться справедливости.

Специалисты НПА проведи комиссионное освидетельствование и пришли к выводу, что несмотря на имеющиеся у Зарубина психические расстройства, в настоящее время нет оснований говорить о его недееспособности. «В. Зарубин понимает сложившуюся ситуацию, понимает значение своих действий и может руководить ими. Непосредственной опасности для себя и окружающих не представляет. В лечении в условиях психиатрического стационара в настоящее время не нуждается».

Необходимо новое судебное разбирательство и проведение судебно-психиатрической экспертизы, в которой специалисты НПА готовы участвовать. Постановление Конституционного Суда РФ (март 2008 г.) о недопустимости заочного признания недееспособным обязательно для всех и должно исполняться неукоснительно!

наверх >>>